bers37

Categories:

"Лимонка" 1995-го года об Арнольде Шварценеггере

Большой белый человек

Арнольд Шварценеггер – большой белый человек. Он очень богат. Он последовательно богатеет. Он семикратный король культуризма – “Мистер Олимпия”. Он “министр спорта” в администрации президента Буша. Он выбрал себе женой племянницу президента Кеннеди – Марию. Он мегазвезда Голливуда, и его имя впечатано в брусчатку Аллеи звезд. Он ярый антикоммунист и влиятельный политик от республиканской партии…

Он очень большой человек, ведь весит он за сто килограмм, а бицепс и в 47 лет не меньше “полтинника”.

Арнольд – супермен. Супермена хотят все. Мужественный суперсимвол необходим даже инфантильным и негероическим культурам современных западных демократий. И хотя “Мистер Стальные Мускулы” давно и цепко схвачен пластилиновой машиной Системы, за сытым сиянием воплощенной Американской мечты видится неподдающийся коррозии “австрийский дуб”, могучий воитель Конан.

Причина в том, что Арнольд – герой не целлулоидный, а настоящий, может быть действительно “Last Action Hero”, как называется один из его последних фильмов. Он “возбуждающийся” по Лимонову, “пассионарий” по Гумилеву, реальный “Человек Длинной воли”. Сын офицера нацистской военной полиции, воспитанный в строгости и выросший в послевоенной бедности, он в разные годы так формулировал свои воззрения:

“Я презираю беспомощных людей, которые проводят всю жизнь в беспочвенном ожидании. Мне нравятся люди, полагающие, что жизнь не ограничивается приемом пищи или походом в туалет”.

“Еще когда я был ребенком, то сказал себе: “Жизнь не ограничивается тем, что я вижу вокруг”. И я обнаружил, что не хочу походить на всех. Я хотел быть другим. Я хотел попасть в то крошечное число людей, которые ведут за собой, а не следуют за толпой. Я же видел, что вожаки реализуют на сто процентов свой потенциал… Я всегда восхищался теми, кто управляет другими людьми”.

“Сила – не результат победы. Сила – результат борьбы. Когда ты преодолеваешь трудности и принимаешь решение не сдаваться, вот тогда ты обладаешь силой… Ты должен постоянно стремиться к тому, чтобы стать над людьми”.

“В детстве я всегда обожествлял победителей. Но одно дело – обожествлять героев. И совсем другое – видеть себя на их месте. Когда я видел выдающихся людей, я говорил себе: “Я могу быть на их месте”.

Так говорил Шварценеггер. Кстати, долгое время в качестве основной темы сопровождения его выступлений на подиуме был мотив “Так говорил Заратустра”.

В фильме о культуризме “Качая железо” Арнольд слегка вальяжно вещает: “Мне всегда нравились влиятельные люди. Диктаторы и все такое… Я хочу, чтобы меня помнили 1000 лет, как Иисуса Христа”.

Не обошли Арнольда и обвинения в нацизме. Его товарищ по мюнхенским тренировкам вспоминал, что он обожал тевтонские статуи,– реликвии Третьего Райха. Однажды он будто бы заявил: “Если бы я жил во времена Третьего Райха, то был бы одним из этих истинных тевтонцев”. В 1990 году ему пеняли на его коллекцию грампластинок, которую открывают речи Гитлера. Так же отмечали, что в произвольном позировании на соревнованиях он испытывает пристрастие к позе, напоминающей нацистский приветственный жест (подобный эпизод есть в фильме “Качая железо”, Арнольд обучает именно этой позе молодого бодибилдера).

В 1980 году Арнольд встретился с удивительным человеком – Джоном Милиусом, сценаристом и режиссером. Свела их вместе работа над фильмом “Конан-варвар”. Милиус характеризовал себя так: “я дзэн-фашист, и настолько правый, что по-видимому, смыкаюсь с анархистами”. Один журналист утверждал, что режиссер, показав ему богатейший арсенал огнестрельного оружия у себя дома, заявил: “Если дело дойдет до горячего, то им будет не так-то просто взять мой дом”. Арнольд играл Конана – сверхчеловека Гиперборейской эры, который мстит могущественному злому волшебнику за убийство своих родителей и уничтожение родного племени. Множество трюковых сцен снимали без дублера. Часть из них закончилась для Арнольда тяжелыми травмами. Милиус наставлял его: “Боль – это только временно, а фильм – навсегда”. Члены съемочной группы, по слухам, обращались друг к другу только после нацистского приветствия. Создатель Конана вложил в уста Арнольда безжалостное кредо: “Высшее наслаждение для мужчины – победить своих врагов, гнать их пред собой, отнять у них все, чем они владеют, увидеть в слезах лица их близких. Овладеть их женщинами”. Именно такой Арнольд на экране, “Дисциплина стали,– повторяет он завет предков.– Человек может предать – сталь меча – никогда”.

О Джоне Милиусе Шварценеггер сказал, что он был бы самым счастливым человеком, если бы мог сниматься только в его фильмах.

Арнольд – герой. И знаменитую фразу Терминатора “I’ll be back!” – “Я еще вернусь!” – следует понимать не как угрозу мрачного робота-уничтожителя прибить всех кто уцелеет в первой серии, а как слова надежды, которую герой дарит остающемуся человечеству. Он уходит, но время героев придет опять.

“Хорошее не приходит случайно… Каждая мечта таит в себе опасность, особенно риск поражения. – Это тоже слова Арнольда. – Но опасность не может остановить меня. Предположим, кто-то рискует и терпит неудачу. Тогда он должен предпринять новую попытку. Если ты предпримешь десять попыток, у тебя больше шансов достичь своего при одиннадцатой, чем если бы ты не предпринял ни одной”.

Сегодня Арнольд Шварценеггер символ враждебного западного мира. Первопроходец культурной агрессии поп-цивилизации, им пугают детей интеллигентные родители. Но, как сказано в фильме “Коммандо”: “вы его лучше не трогайте”. – “А что может случиться?” – “Третья мировая война…”.

Даниил СИЛЬНЫЙ

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.