March 5th, 2008

bers37

Еще один отрывок из будущего сборника

Не так давно в полемике со мной  один из анонимных недоумков, обитающих на бескрайних просторах Интернета, рассуждая на тему смерти, изрек: «Уходить из жизни надо так, чтобы этого никто не заметил». Тупому и трусливому обывателю всегда хотелось оправдать свое бессмысленное и полуживотное существование и столь же тупую кончину некими выдуманными формулировками, выдаваемыми за глубину и мудрость суждений.

Обыватель старался убедить остальной мир, что стакан хорошего виски лучше драки на баррикадах, а женские ноги притягательнее революции. В силу своей тупости он никак не может  уяснить, что эти вещи и явления вовсе не нужно противопоставлять, у нормального человека они существуют рядом.

«Уйти так, чтобы никто не заметил» берет свое начало в том, чтобы «жить так, чтобы никто не заметил» (как вариант «моя хата с краю»). На самом деле стареющего лет в 30 обывателя просто распирают комплексы и сознание, что жизнь прошла не так, как мечталось ранее, и пройдет так же пусто. Эти комплексы гнетут его, повергают в состояние тихой злобы и  заставляют с неистовой жесткостью поучать молодежь, брюзжать и занудствовать. Обычно жертвой этих комплексов становятся дети и другие молодые родственники обывателя, которых он поучает, тыкает в их ошибки (или то, что он выдает за ошибки), боясь, что, не дай Бог, недоросли начнут думать и жить иначе.

Вот цена псевдомудрости «уйти надо так, чтобы никто этого не заметил». Разумеется, это херня полная. Уход человека должен быть замечен окружающими, они должны понять, что потеряли кого-то  необычайно близкого, необычайно родного, интересного и нужного. Чтобы учились, в конце концов, на его поступках или даже на его ошибках, чтобы  вспоминали то, что  он говорил, то, что он сделал.

Приведу простой пример. Осенью 2001-го трагически погиб мой бывший одноклассник Олег Михеев – который являлся, наверное, моим самым близким другом. В последние годы наше с ним общение часто происходило под аккомпанемент спиртного, чего греха таить. Мы спорили, ссорились, мирились, наливали, выпивали, куролесили.

Как бы то ни было, но в полной мере значение Олега  в моей жизни я  осознал только после его ухода. Когда вокруг больше не осталось человека, способного понять меня, мои принципы, мои убеждения, мои устремления. Я и сейчас веду воображаемые диалоги с ним – рассуждаю, как на тот или иной мой поступок или мое высказывание отреагировал бы Олег. Мы не были одинаковыми, мы были схожими во многом, мы были способными понять друг друга. И его уход я замечаю до сих пор. Как там у Высоцкого?…«Мне не стало хватать его только сейчас, когда он не вернулся из боя…»

Уходить не обязательно ярко. Но это должно быть заметно. Неважно, где располагалось твое предсмертное ложе – на партизанской базе или в домашней постели. Но твой уход должен иметь последствия. Знаменитый поэт Байрон, отправившийся на войну за свободу Греции, вообще умер от хвори – не то от лихорадки, не то от незалеченного сифилиса. Причем подвигов на войне он совершить не успел. Просто умер в зоне войны – и все.

Но его смерть вызвала большой резонанс, она заставила шевелиться дипломатов, монархов, интеллигенцию и военных стратегов. Эта вовсе не героическая смерть изменила ситуацию в Европе. Она сравнялась по значению с тысячами героических смертей тысяч лучших сынов Греции.

Эрнесто Че Гевара тоже умер, так и не успев развязать революцию в Боливии. Но его смерть вылилась в куль Че. И как бы не уверяли нас в коммерциализации памяти Че, в попсовости ношения футболок с его портретом, именно память о великом революционере не позволила удушить в Латинской Америке левое движение, и сегодня социалистические идеалы там продолжают свое победное шествие. Причем сегодня это происходит уже без помощи могущественного Советского Союза. И славный сын аргентинского народа внес в это решающий вклад.

Так что, смерть стоит того, чтобы жить. Между прочим, это высказывание очень любил не так давно ушедший в мир иной Егор Летов. А его уход заметили очень многие. И будут замечать еще очень долго.