January 24th, 2012

bers37

Сергей КУРГИНЯН. «Правды совсем нет. Она умерла» | Sensus Novus

Политолог, театральный режиссёр и общественный деятель Сергей Кургинян надолго исчезал из информационного поля. Вновь мы услышали о Кургиняне только после того, как перед президентскими выборами 2007 года он высказал опасение: «Если Путин попытается сдвинуться с президентского поста хотя бы на миллиметр, он развалит систему». Сейчас Сергей Ервандович регулярно участвует в ток-шоу, а с августа 2011 года вместе с Николаем Сванидзе ведёт проект «Исторический процесс» на телеканале «Россия». Кургинян очень редко шёл против власти, но при этом сумел заработать репутацию оппозиционного мыслителя. Иногда его называют идеологом «левых патриотов». Редакция «Нового смысла» уверена, что интервью с господином Кургиняном вызовет интерес у постоянной аудитории сайта.

- Сергей Ервандович, Ваше погружение в политику не отдалило Вас от театра? Существует ли Ваш театр «На досках»?

- Свой первый спектакль я поставил в 16 лет. С тех пор вот уже 46 лет ставлю спектакли — не было года, чтобы я не выпустил премьеру. Я защитил кандидатскую диссертацию по математике, у меня была готовая докторская, но я оставил научную карьеру для того, чтобы заниматься театром. Сначала мой театр был самодеятельной труппой в Московском геологоразведочном институте, где я отучился, а потом стал аспирантом. Там познакомился со своей будущей женой. Наш самодеятельный театр к концу 70-х стал очень известен в Москве, но я его лично распустил, так как почувствовал кризис самодеятельного жанра. Оставил восемь человек, которым сказал, что мы будем после основной работы заниматься в театре по 6-12 часов в сутки. Через несколько лет началось паломничество – на наши спектакли записывались за несколько месяцев, в конце 80-х мы стали профессиональным театром. К этому моменту и я, и все мои актёры, имевшие высшее научное образование, окончили ещё и Щукинское училище.
При театре был философский кружок, который в дальнейшем стал экспериментальным творческим центром под моим руководством и, поскольку мы начали зарабатывать деньги, то все эти деньги я отдавал не на зарплату актёрам, которые на это согласились, а учёным, чтобы создать при себе институт, который потом очень вырос и, в свою очередь, поддержал театр. Мы всегда занимались синтезом науки и культуры, и мой центр поначалу хотели назвать научно-культурным. Вместо этого назвали его «экспериментальным», потому что помешали бюрократические моменты, но от этого суть не изменилась. Мы посвятили свою жизнь большому синтезу гуманитарных и естественных наук, и вообще синтезу науки и культуры. Может быть, это и есть наше основное призвание, так же, как исследование так называемых интеллектуальных эмоций, поисковых эмоций…

Такие эмоции, кстати, есть не только у человека, но и у некоторых животных. Вот и крыса, когда она сыта, обогрета, удовлетворена сексуально, и ей незачем шевелиться — тем не менее, в лабиринте движений, наталкиваясь на преграды в виде электрического тока смертельной мощности, кидается на эту преграду, чтобы продолжать исследовать, и гибнет!.. Вот такие есть умные крысы. Это значит, что инстинкт поиска, интеллектуальный инстинкт заложен не только в человеке. Театр всегда эмоционален, и если вы не разбудите интеллектуальные эмоции, то не будет интеллектуального театра. Театр – это моё любимое детище. Сейчас залы набиты битком, как и раньше. Мы продолжаем играть; новый этап заключается в том, что я пишу одну за другой пьесы в стихах и ставлю их на сцене. Так что театр наследует традиции Бертольда Брехта и других – у него есть не только режиссёр Кургинян, но и автор Кургинян.

- Какие темы и проблемы вас сейчас волнуют, о чём вы хотите ставить новые спектакли?

- Я считаю, что всё произошедшее в России, в двух словах, связано с тем, что наш народ оказался в ситуации очень наивного человека, обыгранного мошенниками. Человека, которого провели на мякине. Я предупреждал об этом двадцать лет назад, но никто не хотел слышать. Страна тогда находилась в состоянии некоего безумия. В тот момент я был ещё любимцем демократической публики, и у меня работал достаточно известный философ Библер. Он, например, кричал мне в глаза, при этом его глаза вылезали из орбит, что его ближайший друг философ Мераб Мамардашвили своими глазами видел, как старая-старая женщина бежала через всю площадь, а за ней гнался русский десантник с сапёрной лопаткой, и когда она прыгнула на второй этаж, то он прыгнул за ней и изрубил её на куски… Передо мной лежали сведения, согласно которым резано-рубленых ран не было на телах, была только асфиксия, удушение через сжатие грудной клетки — но даже без этого, вы понимаете, что нельзя себе было представить десантника, который лопаткой рубит на куски грузинскую женщину… Уже не действовал разум вообще, было состояние безумия, и в нём народ совершил ошибку, к которой его подтолкнули.

далее-
http://www.sensusnovus.ru/interview/2012/01/21/12555.html
bers37

Памяти Раисы Максимовны

Как-то незаметно в начале года, 5 января, прошло 80-летие со дня рождения нашей землячки, первой и последней леди Советского Союза Раисы Горбачевой. Имя этой незаурядной женщины окружено множеством мифов и легенд. Ее не любил, наверное, никто. Либералы в перестроечные годы выливали на своих страницах на нее ушаты грязи. Патриоты стали не любить ее после развала Союза и воцарения Ельцина. Народ ее не любил тогда, не любит и сейчас, по большому счету.
Мне хочется надеяться, что исследователи со временем разберутся в той роли, которую сыграла эта женщина в истории Советского Союза. Прежде всего, она была личностью, и не была тенью Горбачева. Она любила своего мужа, и хотела, чтобы он и дальше руководил страной и партией.
Напомню, что она родилась 5 января 1932 года в Рубцовске в семье железнодорожного инженера Максима Андреевича Титаренко. В 1950 году поступила в МГУ на философский факультет. В 1953 году вышла замуж за Михаила Горбачева.
Не стану разбирать ее детство, юность, студенческие годы, сосредоточусь на ее деятельности в годы перестройки. В 1985 году по ее инициативе был создан Советский (позднее Российский) Фонд культуры. Между прочим, в работе этого фонда, не обнаруживаются никакие дела, игравшие на руку т. н. «кремлевским либералам». Зато т. н. «русская партия» могла быть довольна деятельностью и Фонда и ее «теневого» (официально Фонд возглавлял академик Д.С. Лихачев) лидера. Помимо Лихачева и собственно Раисы Максимовны в правлении Фонда были сплошь деятели, позднее активно засветившиеся в патриотическом движении. Юрий Бондарев, Борис Олейник, Петр Проскурин, Савва Ямщиков и другие.
Р. М. Горбачёва добилась оказания помощи Центральному музею древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва, Всероссийскому музею декоративно-прикладного и народного искусства, Музею Марины Цветаевой, Музею частных коллекций ГМИИ имени А. С. Пушкина, Музею семьи Бенуа в Петергофе, Музею Рерихов.
Благодаря энергии Раисы Максимовны восстанавливались церкви и памятники гражданской архитектуры, в СССР возвращались (а не вывозились, как сейчас!) ранее вывезенные культурные ценности, библиотеки и архивы.
Благодаря ей Фонд стал издавать вполне приличный журнал «Наше наследие». Пробивные качества первой леди СССР привели к тому, что большими тиражами стали печататься Николай Гумилев, Павел Флоренский, Максимилиан Волошин и многие другие. Стал широко известен русский философ Лев Гумилев.
Раиса Максимовна участвовала в работе правления Фонда «Помощь детям Чернобыля», патронировала Международную благотворительную ассоциацию «Гематологи мира — детям», шефствовала над Центральной детской больницей в Москве. Разве не в этом призвание жены и матери — наводить уют, успокаивать, окультуривать, в конце концов?
Именно Раиса Максимовна стали инициатором появления в СССР журнала «Бурда моден», который обрел большую популярность у советских женщин. Она хотела, чтобы советские женщины одевались ярче и моднее, как умела одеваться она сама. Интересно, что молва приписывала ей шитие нарядов у Зайцева (эти слухи подогревал сам модельер) и даже и Сен-Лорана. Однако, потом выяснилось, что одежду первой леди шили в известном столичном ателье на Кузнецком мосту. Ясно, что там работали портные высочайшего класса, но преимущественно женщины.
Сейчас уже известно, что ее якобы либеральное влияние на своего мужа — не более, чем миф. Из воспоминаний многочисленных патриотически настроенных деятелей теперь уже известно, что если какое-то влияние и было, то было оно с другой, так сказать, идейной стороны. Она неоднократно советовалась с тем же Проскуриным, а также с писателем, публицистом (тоже патриотического направления) Александром Байгушевым. Она не доверяла либералам, окружавшим Горбачева и старалась способствовать их отдалению. Зато активно поддержала возвышение Егора Лигачева, а также назначение на пост главы Гостелерадио СССР также представителя «русской партии» Леонида Кравченко. И не ее вина, что патриоты во власти не воспользовались предоставленными возможностями.
Обвинять ее том, что после распада страны она не стала протестовать и разоблачать — глупо. Она видела свой долг, чтобы быть рядом с мужем, с семьей. К тому же после августа 1991-го у нее было подорвано здоровье, она перенесла микроинсульт, сильно ухудшилось зрение.
В 1997 году она создала и возглавила т. н. «Клуб Раисы Максимовны», который помогал детским больницам, провинциальным учителям и педагогам, работающим с «трудными детьми».
В сентябре 1999 года она покинула этот мир.
Ясно, что она была сложной и неоднозначной личностью. Но не думаю, что было бы справедливо валить на нее значительную часть грехов супруга. И уж совсем глупо приписывать ей демоническое влияние на него.
Многие ее в ту пору, чего греха таить, не любили, делали героиней анекдотов, баек, частушек. Но теперь наше с вами мнение для нее значит немногое. Я просто хочу, чтобы мы объективно взвешивали ее дела, ее наследие. А среди этого наследия — часть нашего культурного наследия.
Мир душе вашей, Раиса Максимовна...