March 6th, 2012

bers37

От революции к монархизму

Петр Туманов

Репников А.В., Милевский О.А. Две жизни Льва Тихомирова. Монография. М.: Academia, 2011. - 560 с.

Среди прочих подарков, положенных под новогоднюю елку, обнаружил там книгу докторов исторических наук, известных историков - Александра Репникова и Олега Милевского «Две жизни Льва Тихомирова» (М., 2011). Фигура главного героя книги меня давно интересовала. Соратник (и без пяти минут жених) Софьи Перовской, друг знаменитого конспиратора А.Д. Михайлова и оппонент Желябова прошел путь до соратника Константина Леонтьева и Петра Столыпина. И вот, наконец, его биография, уложенная в рамки более чем 500 большеформатных страниц, написана.

Первое, что цепляет глаз в книге - иллюстрации. Отложив детальное чтение, рассматриваю портреты. Суровые лица «борцов за народное счастье» сменяются портретами «пламенных охранителей». Вот рисунок Пясецкого - Перовская и ее единственная любовь Андрей Желябов в зале суда. Помните у Блока:

Вот кто-то вспыхнул папироской.
Средь прочих - женщина сидит:
Большой ребячий лоб не скрыт
Простой и скромною прической...

А вот другая женщина - сестра генерала А.А. Киреева, автор монархических газет, корреспондентка Леонтьева, Победоносцева и Тихомирова. Это Ольга Алексеевна Новикова (ранее не приходилось видеть ее фотографии). Фотография революционерки Веры Фигнер, которую товарищи прозвали за строптивый характер «Вера - топни ножкой», сменяется через несколько страниц фотографией благообразного Константина Победоносцева, на коленях которого сидит маленькая приемная дочь обер-прокурора Марфа со смешными бантиками в волосах.

дальше:
http://www.rabkor.ru/review/book/12981.html
bers37

Япония для японцев. Поучительный пример

Оригинал взят у mosday в Япония для японцев. Поучительный пример
Цитата сообщения Полковник_САЯпония для японцев. Поучительный пример

А (350x232, 19Kb)
У тех, кто посещает Японию, может создаться впечатление, что японцы - такие же люди, как мы. Они носят такую же одежду, они строят небоскребы и слушают Бетховена. Многие из них даже говорят по английски. Почти каждая попытка анализа японского успеха концентрируется на финансовой политике, технике управления или чем-то подобном. Но это примерно так же разумно, как искать причины бедности американских гетто в программах федеральной помощи.

Я провел в Японии много лет. Японцы - не такие, как мы. В чем-то они такие, какими мы были когда-то раньше, а в чем-то они такие, какими мы никогда не будем. Но самое главное - они были и всегда будут японцами.

Японцы убеждены в своей уникальности. Никакой другой народ мира не проводит столько времени, извиняясь за свою неповторимость или воспевая ее. Существует целый жанр публикаций, который можно было бы назвать "теория японцев", где авторы с удовольствием рассуждают о том, как непостижимы японцы для остальных народов.

Конечно, сильно развитое чувство уникальности требует четкого понимания различий между японцами и всеми остальными. Еще в 17 веке японцы настолько сильно не хотели присутствия иностранцев на своей земле, что закрылись от мира на два столетия. Их вынужденное возвращение в мир в 1853 году не изменило их чувства отделенности. Для них все просто: единственный способ стать японцем - это родиться им.

Лучшей иллюстрацией к этому является то, как Япония поступает с живущими в ней корейцами.

Между 1910 и 1945 годами, когда Корея была частью Японии, многие корейцы переехали в Японию. В Японии живут тысячи корейцев в третьем поколении. Они выглядят и ведут себя так же, как японцы. У них есть вид на жительство. Но они не граждане Японии. Они не могут голосовать, работать в правительственных органах, и большинство японцев не вступят с ними в брак и не возьмут их к себе на работу. В последнее время эта ситуация начала обсуждаться в либеральной прессе, но большинство японцев считает, что если корейцам у них не нравится, они всегда могут вернуться к себе в Корею.

Слово "нация" происходит от латинского natio, означающего "раса" или "порода", и от nasci, означающего "рождаться." Японцы чувствуют это очень хорошо. Неважно, насколько по-японски выглядят корейцы - их происхождение делает их иностранцами. Я спрашивал японцев, сколько поколений потребуется, чтобы корейцы стали японцами. Они смотрели на меня так, как будто я сказал глупость и отвечали: "Они всегда будут корейцами".

Японцы также с недоверием относятся к своим соотечественникам-эмигрантам. Для них те, кто оставил Японию, чтобы жить в Бразилии или США, навсегда перестали быть японцами. Если они или их потомки когда-нибудь захотят вернуться в Японию, отношение к ним будет такое же, как к корейцам.

Если японцы чувствуют себя настолько далекими от тех, кто от них почти не отличается, нетрудно представить себе, как они относятся к тем, кто отличается от них разительно. В 1986 году премьер-министр Японии Ясухиро Накосоне заметил, что большой процент черного и мексиканского населения в США замедляет американскую экономику и делает страну менее конкурентоспособной. В США это замечание вызвало ярость, но в Японии оно было воспринято как очевидная истина.

Неприязнь японцев к черным людям - не новость. Одним из последствий послевоенной оккупации Японии является поколение детей, родившихся от японцев и американцев. Наполовину белых детей с ворчанием терпят. Наполовину черные были отправлены в Бразилию вместе с матерями.

В лингвистическом, культурном и расовом отношениях Япония - одна из самых однородных стран в мире. Это означает, что ей никогда не приходилось задумываться о проблемах, которые так волнуют Америку. Поскольку в Японии существует только одна раса, никто не использует слово "расизм". Такие явления, как "движение за гражданские права", борьба за интеграцию разных рас, развоз школьников по решению суда в школы, находящиеся в других районах, отсутствуют. Нет также обучения на разных языках и квот для разных групп населения при приеме на работу.

Нет тирании "политической корректности". Никто не воспевает "мульти-культурализм" и никто не хочет переписать историю. Когда фирма нанимает новых работников, никто не думает об "этническом балансе"; фирма просто берет самых подходящих кандидатов.

В Японии нет Комиссии по Гражданским Правам и Комиссии по Равным Возможностям при Найме на Работу (Civil Rights Commission and Equal Employment Opportunity Commission). Нет закона о равных правах на жилье или закона о равноправном голосовании (Equal Housing Act or Equal Voting Rights Act). Никто не меняет границы избирательных округов, чтобы могли быть выбраны кандидаты от меньшинств. В Японии отсутствуют этнические группы, пытающиеся влиять на внешнюю политику. Японцы не имеют ни малейшего представления о том, что такое "преступление ненависти" ("hate crime").

Просто нет конца вещам, о которых японцам не нужно беспокоиться.

О чем писали бы в Америке многие журналисты, за счет чего жили бы многие люди, если бы в Америке не было расовых проблем? То время, деньги и силы, которое американцы тратят на решение этих проблем, японцы используют производительно.

"Прогрессивные" американцы считают, что суета вокруг расовых проблем каким-то образом полезна для страны, и иногда буквально выходят из себя из-за стремления японцев провести четкие границы между собой и остальными народами. Безусловно, стремление к существованию этих границ - одно из самых очевидных и больших преимуществ Японии и естественная характеристика любого здорового общества.

Одно из самых больших различий между Японией и США - это то, что в своей основе японцы подобны трем мушкетерам - один за всех, и все за одного. Что бы японцы не делали, они делают это вместе. Это чувство общей цели проявляется по-разному. Например, в Японии почти отсутствует преступность. Кто угодно может ходить где угодно в Японии в какое угодно время. Если у владельца магазина слишком много товара, он выставит излишки на тротуар.

Еще одним результатом единства и национальной солидарности является практическое отсутствие социальных конфликтов. Поскольку страна населена премущественно японцами, которые получает очень сходное образование и воспитываются в одних и тех же традициях, они ждут от окружающих одного и того же. По сравнению с американцами у них гораздо меньше сомнений о том, что является приемлемым, а что нет.

Одним из последствий этого является то, что большинство японцев умирают, не увидев в своей жизни ни одного юриста. В Японии в 20 раз меньше юристов на душу населения, чем в США, и японцы не тратят свое время на то, чтобы судиться друг с другом. Если бизнесменам нужен контракт, они садятся и пишут его. Им не нужна помощь юристов. Если у них возникают несогласия, они обсудят и разрешат их.
...
Японцы очень хорошо понимают, что солидарность нации основана на том общем, что у них есть. Они высоко ценят однородность своего общества и не хотят, чтобы оно было разбавлено. Практически единственный способ стать гражданином Японии - это вступить в брак с японцем, и даже в этом случае гражданство не присваивается автоматически. Власти очень внимательно изучают прошлое иностранца и его характер и совсем не возражают, если он переменит свои намерения. Этот процесс продолжается годы и заканчивается только тогда, когда иностранец на самом деле становится членом своей новой японской семьи и меняет свое имя на японское.

Периодически Японию вынуждают к тому, чтобы поселить у себя иностранцев. В 70-х годах США практически заставили Японию принять некоторое количество въетнамских беженцев. Въетнамцы довольно быстро поняли, что их присутствие здесь нежелательно, и большинство из них в конце концов переехали в Америку. Японцы тихо торжествовали.

Присущая японцам сплоченность могла бы привести к созданию «государства-няни» скандинавского типа, с правительством, опекающим граждан на каждом шагу. Но этого не случилось. Японские семьи, которые всегда требовали верности к себе и обещали взамен покровительство, присматривают за своими неудачниками. Это означает, что в японских городах нет ничего похожего на те орды живущих на пособие бездомных изгоев, которые присутствуют в общественных местах в Америке.

Японские торговые галереи простираются на многие мили. В Нью-Йорке или Чикаго они были бы заполнены бомжами, и нормальные люди не посмели бы там появляться после захода солнца. В Осаке или Токио можно ходить целыми днями, пытаясь найти «бездомного».

В наше время, когда моды и стили без труда перемещаются из одной страны в другую, как будто границ не существует, кажется просто невероятным, как Япония смогла остаться такой непоколебимо японской. Большую роль в этом играет водная граница – ведь все, что попадает в Японию, должно пересечь океан. Но даже с учетом этого преимущества поразительно то, как Япония без особого шума нарушает многие правила, которые американцы объявили обязательными к исполнению на всей планете. (Конечно, эти правила нарушаются и другими странами, но это большей частью страны, до которых никому нет дела. Мавритания может даже практиковать рабство, поскольку никто не может найти ее на карте).

Кроме присущей японцам расовой дискриминации жителей Запада больше всего бесит дискриминация по признаку пола. Мужчины и женщины работают в разных сферах деятельности и почти никто не возражает против этого. Многие компании по разному планируют карьеры для мужчин и женщин. Ведь выйдя замуж, женщины часто бросают работу, так зачем же обучать их менеджементу?

В то же время быть домохозяйкой в Японии – не такая уж простая задача!

Большинство мужей передают женам все заботы по закупкам и всю зарплату, получая от них лишь на карманные расходы. Женщины решают, в какую школу отдать детей, где провести отпуск и покупать ли дом. Важнее всего то, что благодаря женщинам японские школьники так много занимаются дома, что занимают первые места на всех международных состязаниях. Японские матери настолько озабочены учебой детей, что их даже прозвали "образовательные мамаши".

Такое положение японок-домохозяек – оскорбление для американских феминисток. Они регулярно прибывают в Японию "гремя доспехами" и объясняют своим японским "сестрам", насколько те угнетены. Японки внимательно слушают и продолжают оставаться угнетенными. Похоже, что они не возражают против того, чтобы жить в обществе, где дети не стремятся к свободе от родителей, детская преступность практически отсутствует, нет внебрачных детей, а уровень разводов более чем в два раза ниже американского.

У японцев также традиционный взгляд на гомосексуалистов – они их не любят. Борьбы "за права геев" нет. Большинство японцев искренне считают, что геев в Японии не существует (slowowl - последнее утверждение кажется преувеличением. В ближайшие дни напишу автору и спрошу, на чем оно основано, хотя ответ, конечно, не гарантирую. Можете также посмотреть ветку комментариев с todesser, где есть больше на эту тему.)

Чего в Японии действительно мало, так это больных СПИДом. По последним подсчетам их 400 во всей стране, в то время как в США, с населением в два раза больше, 125000 больных СПИДом и около миллиона инфицированных. [1]

В Японии больных СПИДом иностранцев немедленно выдворяют из страны, и японцы тщательно следят за тем, чтобы они не передали болезнь другим.

Еще одна характерная черта японского характера - старомодная, но явно полезная для страны твердая вера в неравенство между людьми. Хотя японцы не очень сильно разнятся по уровню интеллекта, в Японии мало судачат о равенстве. Японцы считают нормальным то, что кто-то достигнет вершин, а кто-то нет, и в общем приветствуют это. Молодежь с уважением относится к пожилым, студенты – к учителям, подчиненные - к начальникам, а клиентов уважают все.

Туристы начинают это чувствовать, как только заходят в гостиницу или ресторан. Японские традиции обслуживания не имеют ничего общего с американским "я ничем не хуже тебя, приятель". Официант или швейцар сделает все возможное, чтобы вы остались довольными. Никто не считает унизительным отношение к клиентам, как к принцам. Для японцев это - правильное исполнение работы.

Конечно, было бы неправильно сказать, что однородность общества избавляет Японию от всех проблем.

В Японии есть многое, что может нравиться только японцам. Отношение японских мужчин к сексу примерно такое же, как у американских школьников - с подмигиванием и хихиканьем. Когда они пьяны - и даже когда нет - японцы могут вести себя, как дети. И хотя в это трудно поверить, японское телевидение еще более вульгарно, чем американское.
...
Одна из самых серьезных проблем Японии, которая не должна существовать в здоровом обществе - это уровень рождаемости, один из самых низких на земле. У японской женщины в среднем 1.53 ребенка [2], гораздо ниже уровня воспроизводства в 2.1. При уровне в 1.5 каждое последующее поколение на 25 процентов меньше, чем предыдущее, и статистики пытаются вычислить, через сколько поколений японцы исчезнут с лица земли.

Важно заметить, что при таком низком уровне рождаемости и нехватке рабочих рук о необходимости иммиграции говорят только социалисты. Есть разговоры о том, чтобы привозить работников из Южной Азии, которые были бы под тщательным наблюдением, но большинство японцев против этого. Вместо этого они обсуждают подъем пенсионного возраста с 65 до 75. [3]

По американским понятиям, это глупость. Без иммиграции стоимость труда в Японии выше, а товары дороже. Однако, за целостность нации надо платить и японцы, в отличие от американцев, готовы это делать.

Тем не менее, это небольшая цена за все то хорошее, что японцы надеются передать своим внукам - сплоченность, культурное единство, семейные связи, любовь к своей стране и уникальный японский характер.

Безусловно, в Японии есть расизм, сексизм, гомофобия, нативизм - и при этом это, возможно, самая успешная страна на Земле.

--------------------------------------------------------------------------------

1. Cайт ЦРУ приводит более новые данные (см. ссылку в начале)
2. Cайт ЦРУ приводит цифру в 1.23 ребенка на женщину в 2007 г.
3. Статья о Японии в английской википедии (http://en.wikipedia.org/wiki/Japan) сообщает, что ожидается, что население Японии уменьшится до 100 миллионов к 2050 году и до 64 million к 2100 г. Та же статья сообщает, со ссылкой на статью в Нью-Йорк Таймс, что иммиграция, как решение этой проблемы, среди японцев не популярна.

Источник
bers37

Перегоревшие

Все, выдохнули! Выборный забег финишировал.
Грамотнее всех забег провел фаворит. Его челядь, что и говорить, грамотно использовала все промахи соперников. Промахов этих было выше крыши.
Конечно, сейчас оппозиция будет возмущаться неправедным судейством и продажностью отдельных участников после имитации драки. Но служба успокоения быстро приведет их в чувство.
Бегуны явно «перегорели» на пути к основному отрезку дистанции. Вместо нудного и не всегда динамичного тренировочного процесса ставка была сделана на ситуационные рывки. Чего же удивляться, что спурт оказался нещадно смазанным?
Если ты планируешь бежать марафон, то готовиться к нему следует загодя. Рассчитать, на каком участке дистанции есть риск дать слабину. Где можно прибавить ход, а где и держать средний темп.
Есть подозрение. Что время детального разбора забега так и не придет. Потому что вместо вдумчивого анализа заранее готовилась имитация. Одна попытка раздачи палаток со стороны бегуна Навальки чего стоила.
И вообще, на сей раз оппозиция действовала на редкость тупо и нахраписто. Вместо свежих идей — заклинания в духе 90-х. Вместо попытки диалога — телефонный мат Немцова и допуск к микрофону Собчачки. Вместо протянутой руки народу — рукоблудство Рыжкова.
Конкуренция вместо спокойного обсуждения, процедура вместо результата. Разве такое в современном приличном обществе предлагают?
Или, может, Касьянов, Немцов, Рыжков и примкнувший к ним Навальный не считают наше общество достаточно приличным, достойным их высочайшего покровительства?
Конечно, можно клеймить того же Леонтьева, некрасиво обозвавшего тех, кто ходил на Болотную и Сахарова. Но ведь столь же некрасивых эпитетов удостаивались те, кто был на Поклонной.
Общество может простить растерянности, неспособности моментально найти ответ на животрепещущий вопрос. Но оно точно не простит попыток поставить перед его лицом старые грабли. Голосование показало, что на грабли 90-х люди наступать не пожелали.
Житель итальянской Венеции Станислав Белковский может и дальше поплевывать с мостов. Его проект национал-демократии оказался непонятым и набравшим разве что локальную известность.
А Рыжков может не менее спокойно паковать чемоданы. Есть сомнения, что его прогноз о повальной эмиграции Болотной и Сахарова оправдается. Поэтому, лучше уехать ему самому. Тем более, что искать в чужих краях заблудшим в болотно-сахарные потемки, в общем-то, нечего. Не уедет Дмитрий Быков. Не уедет Артемий Троицкий. Не уедет даже Собчачка. Потому что за туманными далями столь циничная спекуляция на собственной культуре просто немыслима. А эмигрантские подмостки, как ни крути, тоже рассчитаны на ограниченный круг. К тому же среди потенциальных «отъезжантов» нет новых Бердяевых, Франков и даже Вертинских. Скупость аргументов сказалась на скупости выразительных средств.
Выть в блогах и обращать голос к вечности — не одно и то же. А рвуще-мечущие типа за «честные выборы» этого не поняли. Люди истосковались по мечте, по большой страсти, а им, кроме изящных приставаний Шендеровича к матрасу и предложить больше нечего.
Сдулись оппозиционные спринтеры и марафонцы. Сдулись их тренеры и массажисты. Перегорели. Надеюсь, после бурного, но глупого финиша на Пушкинской площади там тщательно уберут. Ибо дорожки понадобятся для скорых забегов. Для тех, кто многое понял и ничего не забыл.