March 11th, 2013

bers37

Бывший вице-губернатор края станет главой района

На выборах главы Новосибирского района Новосибирской же области побеждает и.о. главы, член "Единой России" Василий Борматов. Закулисное прозвище "Вася-колбаса". Не знаю, может сейчас его так не зовут, но в бытность Борматова вице-губернатором края в период Михаила Евдокимова, мне приходилось слышать его от обитателей властных кабинетов. По предварительным данным Борматов набирает 62,55% голосов.
Интересно, как сейчас продвигается его мясной бизнес. Но в период вице-губернаторства продукции его предприятий на прилавках магазинов края стало больше. Эксперты это заметили... 
bers37

Судьба технаря-начальника

Когда начинают перебирать в памяти события конца 80-х — начала 90-х, связанные с распадом Советского Союза и выходом из его состава первой республики — Литвы — начинают вспоминать «героев» ее независимости. На ум приходят в первую очередь Ландсбергис, Прунскене да Бразаускас. То есть, те, кто был на виду. Кого регулярно упоминали СМИ, порой на первых страницах газет.

Но были у литовской независимости и теневые «герои» - люди, без которых эта независимость просто не смогла бы состояться. В данном случае я не веду речь о тайных помощниках в Кремле, на Старой площади и за бугром. Были и те, кто находился в тени, но своим трудом и профессионализмом не позволил погрузиться республике в экономический хаос. Политические воззрения и взгляды на независимость этих людей значения сейчас не имеют. Один из таких людей — бывший генеральный директор Игналинской АЭС Виктор Шевалдин.

Он родился 29 декабря 1948 года в Ивановской области, городе Кинешма. В 1966 году поступил в Ивановский энергетический институт, обучался по специальности «Эксплуатация тепловых и атомных станций». Интересно, что в «Википедии» в числе известных выпускников вуза Виктор Николаевич не фигурирует.

После вуза был направлен инженером на Ленинградскую АЭС, где началось строительство первого энергоблока. На этой АЭС он проработал 11 лет. При его активном участии были запущены энергоблоки, готовились специалисты, станция набирала ход. В 1982 году партия направила Шевалдина на строящуюся Игналинскую АЭС в Литву. В этой республике планировалось развивать туризм, транспортные коммуникации с Европой, и требовалось много недорогих тепла и энергии.

Большинство из тех, кто приехал возводить этот, как оказалось будущий экономический форпост литовской (и вообще прибалтийской) незалежности, носили вполне славянские имена и фамилии. И никто из них и подумать не мог, что спустя каких-то восемь лет их жизнь, как и всей страны, круто переменится. 31 декабря 1983 года станция начала работать.

Сначала Шевалдин был заместителем главного инженера станции по эксплуатации и проработал на этой должности до ноября 1991 года. Причем в напряженный период противостояния литовского и советского руководства в 1990-1991-х года именно он фактически руководил работой АЭС. Причем именно в первые годы литовской независимости станция достигла пика своей работы — от 60 до 85 процентов всей потребляемой в Литве энергии. И по этому высокому показателю даже вошла в Книгу рекордов Гиннеса. Следует заметить, что Игнала могла дать еще больше энергии, поскольку в конце 80-х было фактически закончено строительство третьего энергоблока. До его запуска оставалось совсем немного, но тут вмешалась политика. С началом литовской бузы за самостийность, союзный Минэнерго стал вычеркивать Игналинскую АЭС из своих планов, перестала направлять туда специалистов, и даже отозвало некоторых из тех, кто ранее был направлен. Некоторые из технических работников, работавшие на АЭС, видя складывающуюся обстановку, собрали вещи и уехали из Литвы. Конечно, Шевалдин пытался удержать людей. Как он объяснял позднее, этому были две причины. Во-первых, он не верил, что литовская независимость — всерьез и надолго. Во-вторых, он не мог бросить людей — работников станции и потребителей энергии — на произвол судьбы. Ведь рядовые граждане, рассуждал он, не виноваты в развернувшихся политических баталиях. И таким образом, он невольно оказал поддержку новой власти в Литве. Конечно, с ним вели душеспасительные беседы и Бразаускас, Прунскене и другие литовские руководители. О содержании тех бесед он вспоминать не любит.

Как бы то ни было, но Шевалдин остался и проработал генеральным директором АЭС до 2010 года. О нем говорят разное. Кто-то утверждает, что он сумел выгодно продать свою тихую политическую поддержку некоторых политиков, кто-то отзывается о нем, как о бесхарактерном, но честном начальнике, попавшем в сети вильнюсской политической мафии.

Действительно, при нем на станции и вокруг нее нередко происходили странные вещи. Скажем, в 1992 году группа работников и охранников похитила из реактора кассету с ядерным топливом. Вес этой кассеты 270 килограмм, а длина — 6 метров! Ясно, что незаметно стырить эту хреновину трудновато. Поначалу Шевалдин скрывал факт кражи этой кассеты, однако спустя четыре года были найдены детали этой кассеты с уникальным номером, он вынужден был сообщить это пренеприятное известие. И что, вы думаете, литовские начальники подняли республику на уши? Ничуть! Затеянная было кампания в литовских «свободных» СМИ затихла вскоре после начала.

Ряд предпринимателей, поставлявших АЭС оборудование и материалы, нередко подвергались наездам силовых структур, либо (как Андрей Цвирко) были убиты. Некоторые литовские политики (Казимира Прунскене) предлагали Шевалдину приобретение деталей сомнительного происхождения (в частности, с Чернобыльской АЭС). Но у Виктора Николаевича хватило мужества отказаться от сделок. Правда, как сообщали литовские СМИ, краденые сервоприводы с Ленинградской АЭС он, ввиду острейшей необходимости, все же купил.

Скандалы вокруг АЭС, а также желание хозяев объединенной Европы устранить конкурента, привели к тому, что в 2009 году Шевалдин был отправлен в отставку с должности гендиректора. Некоторое время он работал на станции советником, но потом оставил и эту должность.

Как известно, Игналинская АЭС остановлена решением литовских властей под давлением Евросоюза 31 декабря 2009 года. За несколько лет до этого в республике прошел референдум о работе станции, признанный несостоявшимся ввиду того, что явка избирателей была ниже 51%. Из тех, кто пришел высказать свое мнение, более 90% высказались за продолжение работы АЭС. Сам Шевалдин в интервью говорил, что ресурс станции далеко не исчерпан и энергоблоки могут нормально работать до начала 20-х годов этого века, а после технической модернизации — еще десятка полтора лет. И даже проговаривается, что решение о закрытии «было политическим».

После закрытия Игналинской АЭС тарифы на тепло и электроэнергию в Литве значительно выросли, а некоторых районах аж в три раза.

Примечательно, что одним из лоббистов закрытия станции в конце 90-х годов был президент Альгирдас Бразаускас. Тот самый, что в начальный этап независимости убеждал Шевалдина продолжать работать в нормальном режиме.

Чем будет заниматься Шевалдин дальше — не сообщается. Возможно, его знания и опыт потребуются в ходе процесса закрытия станции (который будет продолжаться еще лет 20). Возможно, как полагают некоторые источники, он уедет в Белоруссию или другую страну. В любом случае, судьба этого советского по своей сути руководителя, показательна. Он считал, что технарь должен работать для людей. И работал для них, невзирая на политические тряски вокруг. Но он считал примерно так же и в условиях криминализованной экономики, имеющей место, между прочим, нынче в той же Литве. А в этих условиях технарь должен, так сказать, включаться в процесс. «Извлекать дивиденды» из положения. Иначе от технаря, вне зависимости от ценности, положения и квалификации, просто избавляются.

Избавились и от Виктора Шевалдина.

Вот и все. Увы.