Евгений Берсенев (bers37) wrote,
Евгений Берсенев
bers37

Одна фраза как путь в бессмертие

 Его жизнь оборвалась 28 августа 1891 года. Убийц нашли … по песне.

Об этом человеке и в советские времена была известна главным образом одна фраза. Которую он произнес на судебном процессе завершая свое последнее слово. Он произнес эту фразу несмотря на истерические требования судьи замолчать. Он не замолчал и договорил, войдя в историю.

Больше ничего оставившего глубокий след в истории он не сказал и не совершил. Хотя мог бы. Обладавший громадной силой духа и будучи человеком физически мощным (наблюдатели на процессе называли его Микулой Селяниновичем) он мог бы еще совершить немало громких поступков. А мог бы и не совершить. Ибо многие его товарищи стали смотреть на происходящее другими глазами, вызывая неудовольствие у советских исследователей, описывавших их биографии.

Этот человек — сын крестьянина, рабочий-революционер Петр Алексеев. Завершая свое выступление на т. н. «процессе 50-ти» (названном так по количеству подсудимых), он произнес: «...Подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах!...»

Эта фраза, так и не попавшая в тогдашнюю российскую прессу, была растиражирована присутствовавшей на нем Веры Фигнер, разлетелась по прокламациям, листовкам и нелегальным газетам, обессмертив имя автора.

Петр Алексеев родился 26 января 1849 (по другим данным, 1851-го) года в деревне Новинской Смоленской губернии в крестьянской семье. Когда Петру не было и девяти лет, отец отвез в Москву и определил на ткацкую фабрику. Как ни странно, экономические порядки и трудовое законодательство Российской империи благоприятствовали появлению на производстве малолетних работников. Это я напоминаю специально для златоустов, превозносящих сладость бурного экономического роста империи в романовский период.

Жизнь на фабрике была не сахар, и не удивительно, что ругая беспросветную действительность работяги рано или поздно задумывались о том, чтобы намылить шею начальству. Задумался о том и наш обладатель внешности Микулы Селяниновича.

Достоверно неизвестно, кто впервые предложил ему посещать подпольный кружок смутьянов, в котором читали и обсуждали крамольные книжки, рассуждали о новгородском вече (вот где русские народовольцы стремились найти модель для будущего общественного устройства!), о Степане Разине, Емельяне Пугачеве, крестьянских войнах и других неполиткорректных для той поры персонажах и событиях.

Этот кружок был одной из многочисленных ячеек народовольцев. Поначалу им руководил Сергей Синегуб, личность весьма колоритная. Его биография — готовый сюжет для романа или телевизионного сериала. В ней немало драматичных эпизодов, одним из которых является любовь с Ларисой Чемодановой. Эта девушка, мечтавшая уехать в столицу для учебы в университете, не могла вырваться из провинции, ибо родители ее были людьми консервативных взглядов. И Синегуб, дабы, как он выражался, «освободить от семейной тирании», заключил с Ларисой фиктивный брак. И когда новоиспеченная семейная пара прибыла в столицу, супруги жили порознь: Синегуб — вел подпольную борьбу, А Лариса училась. Виделись они изредка. Спустя некоторое время девушка поняла, что любит мужа и со слезами призналась ему в этом. Но семейное счастье было недолгим. Вскоре Сергей был арестован и сослан в Сибирь. Лариса, повторяя жен декабристов, последовала за любимым в ссылку.

Впрочем, я отвлекся. Когда идейный уровень кружковцев заметно подрос, самые искусные агитаторы двинулись в народ — в села и деревни. Петр Алексеев весной 1874 года отправился в родную Смоленщину. Но вскоре по стране прокатилась волна арестов его товарищей. Алексеева не тронули — никто из арестованных не упоминал о нем. Но от греха подальше Петр Алексеевич в ноябре 1874 года перебрался в Москву. Благодаря ему возникло немало новых народнических революционных кружком на железных дорогах, в мастерских и на заводах. Но в апреле 1875 года его арестовали.

Правительство решило устроить громкий процесс — тяга к театральным эффектам в политике у окружения Александра II была широко известна. И последовал «процесс 50-ти», на котором Алексеев и выдал свою легендарную речь.

В принципе, Петру Алексеевичу могли бы дать не очень большой срок, но он так круто обернул любовь к театральщине против самих властей, что ему влепили десять лет каторги. Поначалу он отбывал срок в Новобелгородской тюрьме, потом — на Каре, что в Забайкалье. В 1884 году его отправили на поселение в Якутию.

В Якутии он то и дело беспокоил своей тягой к справедливости местные власти. Алексеев постоянно заступался за бедных и неимущих, когда словом, когда и кулаком.

И местные начальники, понимая жесткие нравы сурового края, распустили слух, что у Алексеева есть золотишко. И однажды на него напали двое якутов, фамилии которых были Абрамов и Сидоров. О подробностях нападения сегодня практически неизвестно. Но, ясное дело, никакого золота якуты у Алексеева не нашли, а самого смутьяна убили. Но можно догадываться, что им пришлось очень непросто. Ибо вскоре они сложили песню (в тех краях такое акынство было делом обычным) о богатыре, которого убили двое других богатырей и которые никогда не скажут, где он пал.

Эта песня, а также исчезновение поселенца навели местную полицию на подозрение, и якутов скрутили, заставив во всем признаться. Но яркого человека Петра Алексеева уже было не вернуть.

Яркой фразой он вошел в историю и звучной песней акына он завершил путь земной. Достойная, хотя и не слишком продолжительная жизнь.

Советуем помнить об этой жизни тем, кто «богатеет и веселится за нашей спиной» (тоже определения Алексеева в заключительной судебной речи). Ибо мировой кризис и крандец капитализму приближает тот день, когда «подымется мускулистая рука рабочего люда», и не спасут их ни штыки солдатские, ни щиты ОМОНовские...

Tags: Петр Алексеев, герои, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments