Евгений Берсенев (bers37) wrote,
Евгений Берсенев
bers37

Category:

Настоящий итальянец

….Это был 1984 год – год великолепной зимней Олимпиады в югославском Сараево и советского бойкота летних Игр в Лос-Анджелесе. Еще публикуют свои неподражаемые карикатуры на западную действительность в журнале «Крокодил» Крылов и Ефимов, но уже выстраиваются длинные очереди в барнаульском магазине «Мелодия» на Ленинском проспекте за дисками поп-певцов «из мира, где правит капитал».

В тот зимний день в «Мелодии» был привоз новинок. Все, что дошло до прилавка – сметалось теми, кто томился в людском потоке к кассе. В моем кармане – пятирублевая купюра. На два диска иноземных «звезд» точно не хватит. Не помню, кто был альтернативой этому хриплоголосому носатику, но я выбрал его. И спустя минут десять, утомленный от очереди, но счастливый, я пересекал заснеженный Барнаул в покачивающемся трамвае, держа в руках диск Тото Кутуньо….

….«Лошадок мы конторим….» - горланил наш нестройный девятиклассников, когда мы после занятий во вторую смену замороченные, но довольные (завтра утром по ящику интригующий дуэт Штирлиц-Мюллер), возвращались вечером домой. Горланили на мотив «Итальянца» Тото. Этой вошедшей в советский социум песни об итальянцах, которая заняла на фестивале Сан-Ремо 1983 года официальное пятое место, но народное голосование отдало ей безоговорочное первое.

Кутуньо – 70. Кутуньо - форева!

«Позвольте мне спеть

с гитарой в руке.

Позвольте мне спеть

песню тихо-тихо.

Позвольте мне спеть,

потому что я горд тем,

что я итальянец,

настоящий итальянец..»

В чем итальянцы похожи на русских – они словно не желают выбираться из детства. Их воинственность, коррупция, политические игры с выборами – будто непреходящие забавы лет младых. В которых им нравится. И Сальваторе Кутуньо, перед тем, как затянуть свой гимн своей стране нетленного детства, взял себе псевдоним Тото. Это детское уменьшительное имя от безусловно по-мужски звучащего Сальваторе.

«…Доброе утро, Италия, спагетти "аль денте"

и партизан в качестве президента,

с вечной автомагнитолой справа,

и канарейкой на окне.

Доброе утро, Италия, с твоими художниками,

с засильем Америки на плакатах,

с песнями о любви от всего сердца,

с женщинами, которые постепенно сбрасывают монашеские покровы.

Доброе утро, Италия.

Доброе утро, Мария,

с глазами полными печали.

Доброе утро, Боже,

знаешь, ведь я тоже существую…»

Сальваторе Кутуньо появился на свет когда переполошивший Европу Муссолини еще не был свергнут своими недовольными соратниками. Его отец, военный моряк, прекрасно игравший на трубе, еще исполнял присягу, данную дуче. Развал армии, крах мечты о Новом Риме – все это пронеслось мимо Тото. Но он усвоил, что плох тот сын, который не превосходит отца своего. И выучился играть не только на трубе, но и на ударных и аккордеоне.

А вскоре сколотил свой первый бэнд, с которым стал кататься по стране, вызывая восторги провинциальных дамочек и слезы нимфеток, распевая тогдашние хиты. Много ли еще надо для недорогой славы? Но Кутуньо этого было уже мало, и с начала-середины 60-х он стал сам писать музыку.

«Доброе утро, Италия,

которую не так легко напугать,

с ментоловым кремом для бритья,

с синими костюмами в тонкую белую полоску,

с футбольным матчем в замедленном

темпе по воскресеньям на ТВ3…»

Дальше были песни для Джо Дассена – от сводящего сердце грустью и бодро-подъемного в то же время Salut до «марафонской» Le jardin du Luxembourg. Помню, в начале 90-х, когда я пахал УКВ-поле, эту песню было удобно ставить. 12 минут звучания – можно было спокойно глотнуть кофе (правда, звучащего в названии песни брэнда в ту пору еще не знали), или даже зажевать чего-нибудь.

Еще чуть дальше - Сан-Ремо, с которым Кутуньо. Кажется, сросся намертво. Потом приезды в Советский Союз, большое (почти на полосу) интервью в «Комсомольской правде» и других изданиях. Тогдашние партбоссы шоу-биза нашли его взгляды вполне политкорректными. Еще бы! – дружба с левацки (пусть даже с муссолиниевскими чертами) настроенным Челентано была хорошей визиткой. Краткое падение популярности в конце 80- начале 90-х, когда массы подсели на «инглиш мьюзик». Но уже в середине 90-х душа обитателя обкорнанной страны по новой затребовала гармоничности. И бывший аккордеонист Кутуньо снова оказался призванным к публике.

Любопытно, что песни сеньора Сальваторе были нередко популярны у нас без логичного слияния с автором. Скажем, Мирей Матье, левачка и несчастная подражательница Эдит Пиаф, свой хит Ciao, bambino, sorry тоже получила благодаря настоящему итальянцу Кутуньо. А «Капитан Небо» Далиды? А канувший в латиноамериканское поп-гетто обаятельный губошлеп Луис Мигель со своим хитом на фестивале в Сан-Ремо-85? А Джилла со своим «Джонни, о-о-е-е-е»? Эти доцарапавшиеся до юных (и не очень) сердец хиты написаны плодовитым, но ничуть не поп-графоманом Кутуньо. Сожалеть о том, что эпоха 80-х, время странного воодушевления и столь же странного скольжения, больше не вернется, можно лишь сожалеть из-за песен Тото Кутуньо. Ибо дальше он писал не менее роскошные хиты. Но в сердцах они себе мест уже не нашли.

И все равно – будьте здоровы, сеньор Сальваторе Кутуньо! 70 – не возраст. Игра продолжается. Взрослеть не время…

«… Доброе утро, Италия, с очень крепким кофе,

с новыми носками в верхнем ящике комода,

с флагом в прачечной,

и Фиатом-600 в ремонте.

Доброе утро, Италия.

Доброе утро, Мария,

с глазами полными печали.

Доброе утро, Боже,

знаешь, ведь я тоже существую….»

Tags: Италия, музыка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments