Евгений Берсенев (bers37) wrote,
Евгений Берсенев
bers37

Итоги 2014 года от Александра Севастьянова - часть 3. Окончание

Новый националист и старые грабли
Политика – это игра вдолгую.
Понятно, что Путин не просто так молчал-молчал, а потом вдруг объявил себя националистом номер один. Он вообще, на мой взгляд, ничего не делает необдуманно, он хитроумен и любит все рассчитать на много ходов вперед.
Пример? Пожалуйста: в своем ежегодном обращении к Федеральному Собранию в конце 2012 года Путин произнес слова, на которые я недавно наткнулся и был поражен их дальновидностью. Было сказано так: «За первые 12 лет нового века сделано немало. Огромный по важности этап восстановления и укрепления страны пройден. Сейчас наша задача – создать богатую и благополучную Россию. При этом хочу, чтобы все мы отчетливо понимали: ближайшие годы будут решающими и, может быть, даже переломными, и не только для нас, а практически для всего мира, который вступает в эпоху кардинальных перемен, а, может быть, даже и потрясений». Сегодня в этих пророческих словах легко распознать и предуготовление «русской весны», и предвиденье, предчувствие грядущей войны…
Легкие намеки насчет своей приверженности русскому делались Путиным и раньше, и отдача всегда была высока, так что сам по себе данный ход – проверенный. Вновь прибегнуть к нему пришлось по ряду причин, из которых главная – понимание неизбежности войны с Западом. Войны за независимость России, за ее исконные права, в том числе на людей и территории, отрезанные несправедливыми границами.
Неизбежность войны всегда ставит ребром один вопрос: как сплотить население вокруг ведущей войну элиты?
Именно так этот вопрос встал в свое время и в начале 1930-х годов, когда Политбюро ЦК КПСС уверилось в неизбежности войны с Германией. Сталину и его окружению – людям очень неглупым, отнюдь не склонным к самообольщению – было ясно, что ни за мировую революцию и грядущий коммунизм, ни за «родную советскую власть» и колхозный социализм основная масса населения воевать и умирать не пойдет. И тогда, начиная с 1934 года, Сталин, Жданов, а за ними и все руководство страны резко сменили идеологию. Огульная, заушательская критика всего досоветского прошлого России была прекращена, а основная ставка, основной акцент легли, напротив, на славное прошлое и настоящее русского народа. Русскому национализму (под видом, официально, русского патриотизма) был дана зеленая улица. И война была выиграна.
То, чему мы только-только начали становиться свидетелями в путинской России, точь-в-точь напоминает мне ту далекую пору. В Кремле четко осознали: коль скоро придется воевать, то надо же понимать, что население России – а восемьдесят процентов (больше, чем в СССР) это русские – не пойдут на смерть ни за общечеловеческие или либерально-демократические ценности, ни за капиталистический строй и «родных» олигархов, ни за «дружбу народов» и «дорогих россиян». А пойдут за права и интересы русского народа, за его свободу и независимость, за его блага и святыни.
Вот и пошел теперь с самых высоких трибун соответствующий разговор.
Поворот в русскую сторону, на мой лично взгляд, Путин начал еще на рубеже 2011-2012 гг., когда: 1) убрал со своих постов Сердюкова, Нургалиева, Суркова и Джохан Поллыеву; 2) поставил на космос и оборонку вице-премьером Дмитрия Рогозина, а главою Администрации президента – Сергея Иванова; 3)  начал негласно очередной тур переговоров с Лукашенко о слиянии наших стран.
Дальше – больше: Путин утвердил лично телепередачу «Русский вопрос», русская тема широко прописалась в СМИ… ну, а кончилось все «русской весной», воссоединением с Крымом, поддержкой Донбасса и национализацией элит.
При этом Путину, понятное дело, не хотелось, чтобы его не только путали, но даже просто соотносили с наличными русскими националистами. Которые: а) не только никогда ни в чем его не поддержали, но и ругательски ругали все время и даже пытались скинуть в союзе с мерзкими либералами; б) пользуются дурной репутацией, особенно на Западе, благодаря многочисленным кампаниям, проводимым против них отечественными спецслужбами в союзе с теми же мерзкими либералами.
Нет, не для того Путин назвался националистом номер один, чтобы обниматься с Демушкиным или Севастьяновым. Хрен-то!
Путин остроумно избавился от этой проблемы. Он решил идти в русский национализм не «вместе с нами», а «вместо нас». Мол, нам грубьянов не надо, мы сами грубьяны, как говаривал Остап Бендер. По сути, власть затеяла создание альтернативного русского национализма а-ля Кремль.
Это большая ошибка. Не по плечу себе Путин дерево рубит. Ибо очень-очень скоро выяснится, и даже не в теоретических дискуссиях, а на практике, что никакого истинного русского национализма за душой у Путина и его кремлевских советников нет, не заготовлено, и взять его он может исключительно только у нас, его многолетних разработчиков и практикантов.
До сих пор публичные подходы Путина к национальной проблематике, будь то принципиальная предвыборная статья 23 января 2012 года по национальному вопросу, будь то утвержденная им 12 декабря 2012 года Стратегия государственной национальной политики (с критикой которой выступил даже Всемирный русский собор) и т.д. и т.п. – это никуда не годные документы, преисполненные грубейших этнополитических ошибок. Здесь не место их подробно разбирать, мне приходилось это делать своевременно (статья «Разминулись», передача о «Стратегии» по программе «Русский вопрос» и др.). Пока это все сходило Путину с рук, поскольку народ таких текстов не читает. Но еще парочка подобных заходов на русскую тему – и доверие президенту поколеблется, а рейтинг пойдет вниз. Уж коли назвался русским националистом – будь любезен соответствовать званию. Ноблесс оближ, как говорится.
Поймет ли он это? Пойдет ли, наконец, на диалог с нами? И как поведет себя Русское движение в этих условиях? Можно без преувеличения сказать, что от этого будет зависеть судьба России.

Война проверит всех
Рупор системных либералов Игорь Юргенс – человек прозорливый, умный. В интервью, данном еще после думских выборов 2011 года журналистке Евгении Альбац (The New Times), он раскрыл свои самые заветные опасения насчет развития событий.
Чего же больше всего боялся Юргенс во дни «снежной революции»? Почему все свои надежды и усилия вкладывал в Медведева, рассчитывая подвигнуть его на второй президентский срок, а Путина задвинуть в чулан истории? Чем так уж не угодил ему Владимир Владимирович?
Что ж, Юргенс был здесь предельно откровенен: «Понимаете, самый мой кошмар – это вот повторение истории Николая II: с одной стороны, заигрывание с “Союзом русского народа”, от чего Витте его предостерегал, и второе, от чего тоже Витте его предостерегал: “Не лезь в войну крупную…”».
На вопрос журналистки «Вы хотите сказать, что силовики и Путин готовятся к войне?», Юргенс поправился: «Нет… Путин, безусловно, нет: он намного более аккуратный человек».
Спустя три года видно, что Юргенс переоценил «аккуратность» Путина, и его кошмар сбывается на наших глазах по полной программе.
Что мы могли бы ответить на опасения обер-либерала?
Сдвиг всей мировой ситуации к войне – это, конечно, «заслуга» не только и не столько Путина; это естественная реакция Запада на закономерное возвращение Россией себе былых позиций в мире: следствие естественного исторического процесса.
При этом понятно, что война не будет в полном смысле мировой, горячей, ядерной. Запад на такую войну пойти не может и от этого бесится и колбасится, как с полной ясностью продемонстрировала всем представительница США в ООН Саманта Пауэр, сорвавшаяся в слюнобрызжущий крик насчет ядерного шантажа с нашей стороны… Наш противник знает, что даже стерев Россию с лица Земли превентивной ядерной атакой, он не избежит удара возмездия «Мертвая рука», который, в свою очередь, сотрет Запад.
Этим определяется характер будущей войны: обычным, неядерным вооружением, на территории, скорее всего, Украины, с минимальным участием людских контингентов США и его сателлитов и максимальным использованием высокоточного дистанционного оружия. Изматывающая война на истощение ресурсов, человеческих и материальных, которая должна привести к такому ослаблению России, которое повлечет за собой ее финансово-экономический и государственный крах с последующим распадом и разделом.
Альтернативой мог бы быть только наш блицкриг против Украины с принуждением ее к миру и отделением Новороссии, поначалу в независимое государство, с последующим воссоединением с Россией. Но этот поворот истории мы уже, увы, проехали.
Понятно также, что в этих условиях альтернативой войне является вовсе не мир, как кому-то хотелось бы надеяться, а односторонняя и безоговорочная капитуляция России, «возвращение медведя в клетку», чего не дай-то Бог. Понимает это, конечно, и Путин…
Но вернемся к Юргенсу и не случайно помянутому им Витте. Инородец, женатый на еврейке и связанный с еврейскими банковскими кругами Европы и Америки, царский премьер-министр Витте был как раз тем самым человеком, который опутал Россию неоплатными долгами и сделал для нее неизбежным участие в Первой мировой войне на стороне кредиторов (Франции, в первую очередь). Так что «в войну крупную» Николай Второй «влез» с подачи именно Витте.
Но царь мог бы, безусловно, оказаться в числе победителей Первой мировой и разделить с ними торжество и трофеи, если бы не послушал Витте во втором вопросе и не разошелся с Союзом русского народа и другими проправительственными национал-патриотическими силами. Спасшие Россию и династию Романовых в революцию 1905-1907 гг., эти силы, оставленные царем, лишенные покровительства правительства и двора, не смогли повторить свой подвиг в 1917 году, и страна рухнула в ад.
Воистину, урок правителям России. Если примерять его, по примеру Юргенса, на наше время и место, то надо подытожить так: коль скоро война в той или иной форме неизбежна, Кремлю следует как можно скорее заключить самый тесный стратегический союз с русскими национал-патриотами во имя спасения России и грядущей Победы.
Обратное – разминовение или, не дай бог, конфронтация с Русским движением – чревато поражением в войне, за которым последует катастрофа, способная похоронить нашу страну и наш народ навсегда. Поэтому категорически недопустимы такие высказывания Путина, какие он время от времени себе позволяет, например: «Наиболее опасен и для общества, и для государства такой вид экстремизма, как национализм…» (выступление на заседании Совета Безопасности 20.11.2014). Нельзя же до такой степени противоречить самому себе, это уже шизофренией пахнет! Отношение к русским националистам нужно менять в корне: они больше не могут служить разменной монетой в расчетах между Кремлем и сислибами!
Итак, что делать Путину? Учиться, учиться и еще раз учиться… национализму!
У кого? Ясное дело, у нас, хозяев дискурса[1].
*   *   *
А нам, русским националистам? Что делать нам?
Предвоенная ситуация настолько, на мой взгляд, серьезна, что предъявляет крайне жесткие требования не только к Путину и правительству, но и к Русскому движению, как бы маргинально оно сегодня ни выглядело. Перед ним открыватся небывалые перспективы.
Рафинированную, выверенную русскую идею, пользуясь случаем, надо поднимать на щит и всемерно продвигать в массы. Но не в порыве бесплодной и опупело непримиримой конфронтации с «неумелым национализмом» Путина, а с мягкой настойчивостью наставника, старшего по званию.
Нужно понимать: русские националисты обязаны быть со своим народом. Они никогда и ни при каких обстоятельствах не имеют права идти против народа. Иначе они перестанут быть собой, попросту. А поскольку народ сегодня с Путиным…
Нет ничего глупее по нашим временам, чем уйти в непримиримую оппозицию: мол, и то не то, и это не это. «И не так селедок ловят, И не так борщи готовят, И не так мосты мостят, И не так детей растят». Так повести себя проще простого, позиция выгодная. Но народ не поймет такой неуместной «принципиальности» перед лицом военной угрозы.
Не меньшей ошибкой, однако, было бы влиться в стройные ряды ОНФ и прочих «запутинцев». Мы не для того четверть века служили идее, чтобы променять ее на роль беспринципных подпевал по чужим, не нами писанным нотам. От того, что глава государства объявил себя еще и главным националистом, с нас никто не снял ответственность за создание правильного Русского национального государства.
Я не буду здесь расписывать подробно, чем следовало бы заняться русским националистам, я сделаю это в другом месте.
Здесь только подчеркну три первые необходимости. Мы должны:
1. Перейти от непримиримой оппозиции – к конструктивной. Выступить с обращением к народу, с манифестом, разъясняющим, в чем и насколько мы поддерживаем сегодня Путина, а в чем нет, и почему;
2. Очиститься, отмыть русские знамена от налипшей грязи – как от болотной тины, так и от бандеровских кровавых слюней.
3. Начать работу по переформатированию Русского движения на основе новой платформы русской политической солидарности. С тем, чтобы в ближайшие годы провести «Русский марш миллиона». Который откроет нам путь к новому историческому бытию.
Tags: Севастьянов, война, национализм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments